Не экономить любовь и доверие

Как воспитать ребёнка счастливым, сильным, удачливым? Как уберечь его от слабости, равнодушного отношения к своей жизни, подростковой банды, наркотиков? У меня есть ответы на эти вопросы, но они непростые.

Большинству родителей некогда вникать в теории. Они хотят получить короткую полезную инструкцию. Но коротко можно написать пособие по эксплуатации велосипеда. Простота тут «хуже воровства». Нормальная жизнеспособная человеческая личность формируется долго. Этот процесс настолько сложен, что многое в нём остаётся загадкой даже для современной науки.

Системы воспитания и образования, принятые в обществе за норму, меняются из века в век. Нет ни плохих, ни хороших систем. Есть государство, экономика, традиции – и всё это программирует ребёнка с момента рождения, собирая в его сознании определённый Образ мира. В традиционном сознании «воспитывать» означает заставлять делать и говорить то, что взрослые считают правильным, то есть в центре воспитательной задачи – управляемость ребёнка.

«Вы довольны вашим ребёнком?» – «Да, он у меня послушный». Или «Увы, не слушается и капризничает».

Некоторые родители воспринимают детей своим продолжением и пытаются скопировать в их сознание свой Образ мира. Как правило, это не получается: дитя отказывается автоматически впитать жизненный опыт своих родителей. Мы, в Китеже, называем это «эффектом манной каши». Я помню, как сильно не любил манную кашу, но бабушка кормила меня ею, считая, что это очень полезно. Почему она так считала? Думаю, что в детстве её тоже кормили манной кашей. Теперь у меня есть собственные дети, и что-то в моём сознании настоятельно советует кормить их этой когда-то ненавистной мне манной кашей. Почему? Так пошло издавна… Все так делают… Так детям навязывается чужая программа самореализации.

Иногда попытка создать свою копию вызвана стремлением компенсировать собственные провалы: «Пусть получат то, что я не успел». Такая позиция мешает самому взрослому объективно рассмотреть, что реально происходит в душе малыша, какие цели ставит его суверенное сознание, к чему он стремится и чего хочет избежать.

На дворе ХХI век, можно сказать, иная цивилизация. И мир, в котором предстоит выживать вашему ребёнку, не похож на тот, чей Образ живёт в вашем сознании. Окаменевшие стереотипы взрослого могут оказаться балластом, помехой на пути к собственной судьбе и преуспеванию ребёнка. Даже те программы, что были безусловно полезны в вашей жизни, для него могут оказаться вирусами. Приводя детей к привычным для нас формам поведения, мы разрушаем их собственные жизненные программы.

Самое качественное воздействие на ребёнка оказывает не методика воспитания, а личность любимого родителя или учителя, заслужившего доверие. Значит, правильных методик воспитания не существует. Но есть общая задача – обучить родителей влиять на жизненные ценности ребенка, участвовать в выборе его жизненного пути. Воспитание всё больше похоже на программирование и ему надо учиться!

Мы как-то не привыкли думать, что у ребёнка могут быть собственные программы. Но человеческое дитя приходит на землю уже с целым пакетом программ. Одни срабатывают сразу: кричать, сосать грудь. Другие включаются постепенно, по мере необходимости, например, программа овладения языком. Многие программы «скачиваются» у родителей. Но вот что взять у родителей, а что отбросить, решает, кажется, тоже весьма индивидуальная программа.

Любое давление вызывает инстинктивную реакцию сопротивления. Мы все знаем, что в подростковом возрасте послушные раньше дети вдруг восстают против авторитета родителей. Но в наше время даже трёхлетка подсознательно закрывается от навязчивого родительского внимания, требуя самостоятельности.

Что же делать? Не давить, не ждать немедленного результата, не действовать прямо. Культивировать в себе привычку предлагать ребёнку новые образы в максимально безопасной форме, рассказывать ему себя и мир, а не давать руководящие указания. И уже если что-то надо донести, включать не агрессию, а тёплую силу своей души. Не экономить любовь и доверие.

Взрослые не делают этого, потому что боятся открыть свой внутренний мир, боятся оценки ребёнка, боятся потерять авторитет. Сколько разных страхов мешают нам ясно и прямо передавать жизненно важные истины тем, кого мы любим и о ком призваны заботиться. Я призываю учиться общаться с детьми в новом состоянии сознания. Лучшее, что может сделать взрослый – это предъявить им себя самого, постепенно, по мере взросления, открывая доступ ко всё более сложным слоям в своём Образе мира. Я называю такую систему взаимодействия родителей с детьми метапедагогикой.

Это новая обучающая реальность, где вектор развития задаёт ребёнок, любой, даже не научившийся осознавать и формулировать свои желания. Мы признаём, что ребёнок от рождения сам по себе есть полноценное существо в развитии. Взрослый должен не умалиться или исполнять команды юного потребителя, а научиться действовать в той же системе координат, в которой происходит рост ребёнка. Задача родителей – понять образы в которых ребёнок мыслит, увидеть детскую шкалу ценностей, предложить свою схему действий, основанную на понятных словах и поступках.

Программируют человека первообразы. Его сознание текуче. Каждый день оставляет там новые отпечатки. Новые поверх старых! И нам не дано понять, что окажется неважным, что всплывёт через десять лет, а что перевернёт представление о мире уже сегодня. Как это работает, расскажу на собственном опыте.

Мне четыре с половиной года и я впервые выехал из Москвы на природу. Мы с мамой отдыхаем в профсоюзном санатории под Москвой на Клязьминском водохранилище. Там мама впервые поставила меня на лыжи, да ещё и без палок, чтобы я лучше научился скользить по лыжне. Сказала, махнув варежкой в сторону огромных заснеженных елей: «Я буду там», и уехала. Я помню просеку в лесу среди снежных деревьев, помню, как бежал, то есть скользил, за мамой. Плакал, но старался.

Видимо, тогда невозможны были привычные эмоциональные реакции, потому что само место, в котором я оказался, было абсолютно не привычно. Совершенно не помню, как она вернулась, что я там себе думал, обижался или радовался. Всё стёрто. Но помню, как мы стояли среди елей, похожих на великанов в доспехах из снега, и мама, показывая на маленькую ёлочку в сияющей снежной вате, сказала: «Смотри, чудо, как в сказке!» И я понимал без капли удивления, что, да, это и есть чудо, как в сказке.

Теперь я могу обозначить испытанные мной тогда чувства, как «благоговейный восторг перед красотой и величием природы». Но тогда я не знал таких слов. Я запомнил, что живая природа — это чудо. С тех пор она тем и осталась для меня. И когда мы с сыном идём в лес, я ловлю себя на том, что первыми обычно говорю слова: «Смотри, чудо, как в сказке!»

Я видел много удивительных мест в разных уголках земного шара. Но место «первого очарования» уже занято елями в снежных шапках. И когда я слышу словосочетание «как в сказке», я всё равно сначала вижу именно этот образ.

Мне четыре года, я снова без палок бегу по лыжне, но рядом со мной мама. И я, похоже, слышу её голос, или мне кажется, что слышу: «Скользи. Тебе не нужны палки. Просто чувствуй лыжню и скользи». Наверное, тогда мне было не очень удобно, всё-таки это была первая неделя, как я встал на лыжи. Но я уже чувствовал, что умею, и радость растущей уверенности побуждала меня рваться вперёд.

Вслед за этим воспоминанием проступает другое: мы с мамой в волнах Чёрного моря. Мне 6 или 7 лет. И снова строгий, но заботливый голос говорит: «Скользи, дай воде тебя нести, не надо усилий». Голос звучит как команда, но для меня он знак силы и заботы. Всё моё тело при этом воспоминании испытывает радость, наслаждение, лёгкость, словно во время полёта во сне. Я потом много плавал в разных тёплых морях, но новые впечатления вложились, как матрёшки, в первое, самое мощное. С тех пор зимняя лыжня под елями и солёная гладь Чёрного моря — это места моей силы.

О Клязьме я осознанно вспоминаю, наверное, впервые за сорок лет, но именно команда: «Скользи!», полученная в то время, легла в основу какой-то более широкой жизненной программы. Базовое представление о радостном многообразии мира и моих возможностей было заложено именно тогда, в четыре с половиной года на Клязьме. И была эта информация столь плотной, полной и живой, что просто не впускала ничего иного в Образ Мира.

Итак, формула успешного воспитания: не читать нотации, а создавать ситуации «вызова», наталкивающие на правильные ответы и формирование образов. Ребёнок не всегда может решить, какой ответ правильный. Поэтому родителям надо ещё и успевать давать свою интерпретацию, ненавязчиво подсказывая выводы из пережитого опыта.

Ключ к образам — эмоции. Окутывая эмоциями события и новые явления своей жизни, человек «проживает» их, распределяя по файлам долгосрочной памяти. Без эмоций информация плохо усваивается. Язык эмоций помогает там, где объяснения ещё не доходят. Будьте позитивно эмоциональны и не подавляйте чувства вашего малыша. Научите детей осознавать свои эмоции и по мере возможности управлять ими: «Почему ты плачешь? Упала, обидно, конечно, но плакать не надо. Давай посмотрим – вон кошка побежала. А вон воробьи дерутся. Они не плачут, правда, смешно. Ну вот, ты и улыбнулась. Хорошо. Будем улыбаться».

Ребёнок растёт в тех границах, которые задают ему родители. Если родители всегда предсказуемы, открыты, доброжелательные, если они постоянно готовы объяснить происходящее в мире и в самих себе, ребёнок неизбежно будет расти душевно здоровым, разумным и самостоятельным. Только светлый луч любви, лишённый эго, открывает родителям врата в святая святых. Дети слушаются тех, кого любят и понимают. Любовь и понимание – код доступа к диспетчеру программ вашего ребёнка.

 

Китеж и Орион – это новая форма работы с детьми-сиротами и детьми, попавшими в кризисную ситуацию. Терапевтические сообщества, где профессиональные педагоги, психологи и родители формируют уникальную развивающую среду.  А ещё здесь проводят ролевые игры для детей и семейные тренинги.