Разновозрастной хоумскулинг

Прежде чем описать, как мы организуем домашнее обучение для детей разного возраста, напишу пару слов о самих детях. Так будет легче представлять, что происходит на практике, какого возраста дети и как мы гармонизируем наш быт и учёбу.

Живём мы в небольшом поселении. Выбор места был осознанным и очень полезным в плане организации домашнего обучения. Пока в семье пятеро детей – вполне среднее количество для Израиля. Но зато палитра возрастов представлена широко.

Старшему сыну Моне 13 лет. Это возраст, когда мальчик достигает совершеннолетия с точки зрения еврейской традиции. Так мы и ощущаем: он наша опора, ответственный, старший сын, старший брат.
Гиршику 9 лет. Несмотря на непростой характер, он работает над собой и добивается успехов. Я горжусь им и ощущаю его помощь.
Мирьям Таль 6 лет. Эта хохотушка и рёва готова сотрудничать, когда в хорошем настроении. Очень самостоятельная!
Йохевед Хая 4 года. Сладкая обнимашка, фанатка Мари Кондо. Если не занята своими неотложными делами, будет усердно обводить цифры и скручивать вещи в рулончики.
Йеошуа Бнаяу 2 года. Разносит дом, балуется и веселит нас, громко орёт.

В семье с детьми разного возраста организация, на первый взгляд, имеет первостепенное значение. Но я не буду делать вид, что я гений планирования. Точнее, я-то, возможно, и гений, но у детей тоже бывают свои планы и не всегда они совпадают с моими. Поэтому честнее будет сказать, что я держу руку на пульсе семьи, а не руковожу бригадой молодых хоумскулеров. Я сильная, но гибкая альфа. Так всем комфортно.

Мы больше анскулим. Это означает, что я не составляю детям программ обучения. Они составляются сами из их интересов. Так что сами собой формируются таблицы расписаний и списки желаемого и нужного. Из года в год расписание меняется, иногда почти до неузнаваемости.
Уроки и кружки неизбежно пересекаются и накладываются друг на друга. Вот что мне помогает в планировании нашей хоумскульной жизни:

объединять

Оба старших мальчика занимаются  нагинатой (японское фехтование) в одно и то же время. Гирш существенно младше, но это же и позволяет ему быть действительно на уровне, так как он равняется на старших. С этого года к ним присоединилась и шестилетняя дочь. Ещё сыновья вместе ходят на уроки игры на дудочке и на занятия по электронике.

Гирш и Мирьям Таль ходят на уроки по фортепиано. Ходят вместе, но занимаются, конечно, по очереди. Я обычно с ними. Пока идут занятия, либо работаю, либо составляю планы на неделю. Свободному ребёнку могу дать задачи или помочь написать письма друзьям в Америку, или выбрать, какие будем готовить костюмы к Пуриму. Дочь может поиграть с дочкой учительницы в соседней комнате.

Обе дочки ходят вместе на уроки иврита и пения и вместе же слушают еврейские рассказы на онлайн-уроках перед сном.

В бассейн я тоже беру детей группами. Иногда и всех сразу.

Поскольку я учитель английского, мои дети ходят ко мне в группы на уроки. Изначально для них они и организованы.

Старшие мальчики ездят с папой на уроки в колель (религиозное еврейское заведение для взрослых).

уважать личное

На японское фехтование каждый из мальчиков ходит и отдельно. Старший сын – каждое утро на личную тренировку с учителем. Они и бегают, и рукопашным боем занимаются. Это очень важно для него. Учитель – очень значимая личность для сына, настоящий наставник. Перед тренировкой они вместе учат Талмуд. Это наполняет меня радостью, потому что изучать по-настоящему важные вещи с человеком, которого ты воспринимаешь как наставника – лучший вариант для подростка.

Гирш, когда есть возможность, тоже ловит учителя, иногда это получается интенсив на полтора–два часа.

Важно в погоне за удобством и экономией времени всё-таки видеть самих детей. Иногда найти золотую середину непросто и небыстро. Но пусть это будет такая родительская игра.

Даже если бы у меня было пятеро близнецов, я всё равно бы учила их немного по-разному. Дети сделаны не под копирку. И общее и разное в людях – это замечательно, эту мысль важно донести детям.

учить самостоятельности

Тут я честно напишу, что это вложение не столько в настоящее, сколько в будущее детей. Порой, чтобы дети сделали что-то самостоятельно, требуется гораздо больше времени, чем сделать самой. Но в итоге они растут инициативными, опытными. С каждым годом дел, которые они могут сделать хорошо без моего участия, становится всё больше. И я действительно начинаю чувствовать, что не одна живу в доме, что мы – команда.
То же и в вопросах образования. Малышке Йохе я могу читать задание в тетрадке по математике и объяснять его, и сидеть рядом, и помогать. Но там, где я не нужна – отдаляюсь, не «сижу над душой». Старшая девочка многое делает сама, уже понимая принцип. Старшие мальчики часто учатся совершенно самостоятельно. Это касается и поиска информации в интернете и занятий с учителем.

учить взаимовыручке

Этот навык вырабатывается почти сам, если к детям относиться тепло и уважительно. Если наблюдать, ловить момент, разговаривать. Вот я вижу, как умилённо смотрит брат на младшую сестричку, которая сонная и лохматая, как маленький совёнок, вышла в гостиную. Я предлагаю именно ему помочь ей найти носочки. Потому что он и сам рад сейчас с ней контактировать. Часто я подсказываю детям, где и в чём они могут быть друг другу полезны. Помочь прочесть, научить, объяснить, принести, рассказать. Список бесконечен, осветите задачу, словно фонариком, и получите сплочённую команду из ваших хоумскулеров. И это не обязательно только старшие – младшим. Дочь шести лет вполне может принести старшему брату чашку чая, когда он учится за компьютером.
Партнёрский дух в больших хоумскулерских семьях важен. Иначе велик риск, что детей будет тянуть в соперничество и поиски «места под солнцем».

выстраивать иерархию

Я очень за то, чтобы говорить с детьми на равных. За то, чтобы быть открытой и слышать. Я не люблю авторитарность в родительстве. Но я ещё и очень за ту силу в родителях, которая помогает детям чувствовать себя защищёнными и твёрдо знать, что в любой ураган можно держаться за маму/папу как за дерево с сильными корнями и крепким стволом, и остаться в безопасности. Эта же сила и уверенность, которые исходят от родителя, помогают детям слушаться. Можно до послезавтра рассказывать ребёнку о том, что необходимо для его блага. Но он останется глух, если не чувствует, что вы сами уверены в этом. Особенно если родитель начинает «соперничать» с ребёнком за право быть главным. Ребёнок делает интуитивный вывод: если родитель пытается доказать, что он главный, значит, сам сомневается в этом.

Старшие дети – не бесплатные рабы, а полноправные члены семьи. Наши старшие очень много заботятся о младших. Во-первых, потому что копируют родителей. Во-вторых, у нас почётно быть за старшего. Потому что старшие в семье – уважаемые личности. Когда старшие не хотят взять опеку над маленькими, это обсуждается и мы вместе ищем решение, которое устроит всех. Для этого не нужны семейные собрания, достаточно перекинуться несколькими фразами.

Учу младших уважать старших и не только родителей, но и старших братьев и сестёр. В еврейской традиции это особая заповедь. Есть простые базовые вещи, которые позволяют проявлять уважение. Например, не будить родителей, не отвлекать их от еды, разговаривать уважительно. Особое место в иудаизме отводится уважению к тому, кто учится. Его не отвлекают во время учёбы. Внимательно выслушивают то, что человек выучил, когда он хочет этим поделиться. Даже маленький Бнаяу с младенчества знает: когда старшие братья учатся Торе в онлайн-школе, нельзя к ним заползать и заходить в комнату. Простое, сказанное уважительным шёпотом: «Братик учится, зайдём попозже», и малыш уносится из комнаты и отвлекается чем-то другим. Такой подход формирует уважение и к учащемуся, и к самой учёбе в целом. Знание стоит на высокой ступени. Это не обязаловка и скучнятина, а почётное действо.

учитывать, что младенец в доме, и помнить – это не навечно

Пока малыш совсем крошечный и всё время на руках, снизить планку и больше гулять со всеми детьми сразу. Или наоборот: занять детей тетрадками и рисунками, картами и поделками, а мама поспит с младенцем. Чтобы не запускать учёбу, можно вместо сказок читать на ночь нон-фикшн или «живые книги», рассматривать энциклопедии. Это время может стать увлекательным периодом, когда дети идут не «по накатанной», а открывают для себя что-то новое,  можно мечтать и строить планы.

Период с ползающим ребёнком замечательный. Если вы хотите, чтобы тетради и учебники были недоступны малышу, они должны перекочевать  повыше. Сначала это легко – держать всё на столах и заниматься там же, а не на полу или на диване. Можно заранее подумать, куда тетради, настольные игры, канцелярию и поделки девать чуть позже, когда дитя начнёт ходить и сможет везде дотягиваться. И ещё чуть позже, когда научится тащить стул, ставить его к столу и залезать на него.

Самый оптимальный для нас сейчас вариант  – я готовлю на кухне, а дети работают за барной стойкой рядом. Если им нужна помощь, я рядом. Малышу, чтобы он чувствовал себя включённым в процесс и не мешал, выдаётся что-то похожее: бумага и фломастеры, например.

воспринимать семью как единый организм

Я воспринимаю свою семью как слаженную систему, наблюдаю за ней. Если какой-то орган в системе даёт сбой – это может рассказать о многом. Это даёт возможность быть лекарем, настройщиком, волшебницей. В такой семье работа одного органа зависит от работы другого. Мы в связке, мы в действии, мы семья.
Я знаю, что сейчас появилась тенденция не водить старших детей в школу, но младших отдавать в детский сад, чтобы полностью сосредоточиться на образовании старших. Я понимаю истоки этой идеи как никто. Малыши могут мешать, в доме балаган и шум. Но при таком подходе теряется самое ядро, которым для меня и является домашнее воспитание. Ведь жить дома – это быть командой, взаимно дополнять друг друга. И дети, живущие бок о бок дома, учатся чему-то гораздо более важному, чем школьные дисциплины.

Например, если ребёнок не понаслышке знает, какой сосредоточенности требует химический эксперимент, и как важно, чтобы никто не беспокоил, пока он с мамой погружается в процесс выращивания оловянных деревьев в чашке петри – он испытает глубокую благодарность брату, который заберёт младших строить лего–город. А в следующий раз, когда в уединении будет нуждаться старший брат, уже младший поможет ему: заберётся с малышом на второй этаж кроватки и почитает ему, чтобы дома было тихо.

Весь смысл домашнего обучения для меня в том, чтобы семья была дома. Чтобы жила, дышала вместе. Даже если трудно, особенно если трудно. Потому что те решения и действия, которые мы осуществляем в непростых ситуациях, являются живительными витаминками, тем самым вкладом в общее здоровье семьи.

comments powered by HyperComments